Мужчины обменялись рукопожатием, и Макс представил Роберту Бомону Луизу, стоявшую рядом с ним с неподвижно застывшим лицом.

— Мы не совсем удачно начали наше знакомство, — повторил Бомон еще раз. — Очевидно, мне следовало бы сначала заглянуть к своим соседям.

— Но вы же заглянули к нам позавчера, мистер Бомон. — Луиза взглянула на картину Баррета, — хотя почему-то не представились. Думаю, это было не очень по-соседски.

Роберт бросил на нее полный раскаяния взгляд, и Кейт увидела, как смягчилась Луиза под влиянием исходившего от него шарма.

— Вы правы, и я весьма сожалею. Ваша племянница как раз выговаривала мне по этому поводу. Я думаю даже, она была готова выкинуть меня за дверь.

Ошеломленная Луиза взглянула на Кейт, и этого было для нее достаточно, чтобы представить сцену, которая происходила в галерее до ее с Максом появления.

— Ну, хорошо, мистер Бомон, если вы пришли сейчас с пальмовой ветвью мира, я буду очень рада поговорить с вами и прояснить некоторые моменты. Вы не возражаете против чашечки кофе? — Луиза упорно избегала смотреть на Кейт. Впрочем, они все трое не обращали на нее ни малейшего внимания и обменивались любезностями, обсуждая теплую зиму и предстоящую выставку работ членов Творческой группы.

Потом Макс откланялся, а Луиза повела Роберта посмотреть выставку керамики, где он стал разглядывать некоторые экспонаты. Он превзошел самого себя в галантности и любезности, а Луиза с головокружительной быстротой перешла из состояния напряженности в состояние покоя и умиротворенности.

— Ты выпьешь с нами кофе, Кейт? — обернулась тетушка и сделала едва заметное движение головой, настойчиво предлагая ей присоединиться к этим мирным переговорам.