Маркиз неожиданно рассвирепел.

— Ради Бога, девушка, перестаньте играть в загадки и отвечайте на мои вопросы! Что вы знали обо мне до того, как пришли сюда?

— Теперь я… рассердила вас, — очень тихо проговорила Сабра, — и это не… понравится папе. Я… я прошу прощения…

Мне не следовало этого говорить.

— Разумеется, следовало, — возразил маркиз. — Я спросил ваше мнение, и мне очень интересно узнать, что вы слышали обо мне и почему вы думаете, что я нужен в Англии.

Сабра улыбнулась — в первый раз за все время, и маркиз подумал, что улыбка делает ее привлекательной даже в очках.

— Папа — англичанин, — мягко объяснила она, — и при всей его любви к путешествиям часто тоскует по родине.

Девушка помолчала.

— Когда мы можем себе это позволить, он покупает английские газеты, но они есть и в библиотеках… и еще их… выбрасывают из… богатых отелей.

— Бы хотите сказать, — уточнил маркиз через минуту, — что обыскиваете мусорные ящики?

Сабра сделала виноватый жест.

— Когда это… необходимо.

— Итак, вы прочитали обо мне в газетах, — настаивай он.

— Мы прочитали, что вы… прибыли, что вы здесь, на этой… вилле, и что ваш отец… недавно скончался и вы были в Виндзорском дворце… по приглашению королевы.

— Я польщен, что вы находите меня таким интересным! — саркастически заметил маркиз. — И все это, конечно, подсказало вашему отцу, что я могу быть полезным ему.

Он почувствовал, что выразился довольно грубо. Сабра потупилась.

— Простите… я не хотела… расстраивать вас, — сказала она тем же виноватым голоском, каким говорила до этого.

— Вы не расстроили меня. Вы, или, точнее, ваш отец, побудили меня не возвращаться пока в Англию, а посетить Тунис или любой другой уголок мира, который мне интересен.

Сабра открыла было рот, но снова закрыла.

— Почему вы не говорите того, что думаете? — спросил маркиз. — Что это не просто моя обязанность, а мой долг — делать то, чего ждет от меня королева и моя страна.