Она повернула голову и, встретившись с Уолтером взглядом, смутилась. Врач смотрел на нее как-то странно, словно видел перед собой инопланетную гостью, влетевшую к нему в кабинет сквозь приоткрытое окно.

Алекс взглянула на часы на изящном запястье. Похожие по форме на мужские, они смотрелись весьма экстравагантно.

— Пожалуй, мне пора. Большое спасибо, что приняли меня.

— Был очень рад с вами познакомиться, — ответил Уолтер спокойно. — Настраивайте тетю на лучшее, убедите ее в том, что бояться операции не следует. Пусть поменьше нервничает, больше бывает на свежем воздухе, пищу ест только здоровую.

Александра поднялась со стула.

— Я о ней позабочусь, обещаю.

Уолтер проводил ее до двери, пожал на прощание руку и пожелал всего хорошего.

Его голос еще долго звучал в ее ушах, заглушая шум вечернего Лондона, стук вагонных колес в метро, а также — как ни странно — подавляя тоску и боль, давным-давно прочно поселившиеся в ее сердце.

Было без четверти шесть, когда, затворив за Александрой дверь, Роберт вернулся за стол, открыл в компьютере файл с начатой статьей и пробежал написанное глазами. Сдать материал в редакцию журнала надлежало через три недели. Времени на его проработку и завершение оставалось предостаточно, но Роберт не любил спешки.

Он попытался собраться с мыслями, еще и еще раз прочел последнюю строчку, напряг мозг, но к продолжению статьи так и не приступил. Подходящие слова не шли на ум, фразы получались либо громоздкими, либо неточными. Промучившись с полчаса, он попросил Луизу сварить кофе и принял решение отложить статью до лучших времен.

В последние дни работы у него было слишком много. Вставать приходилось в шесть утра, ложиться не раньше полуночи.