– Здравомыслящий человек на свете? – закончила за нее Ло. – И никогда бы не впуталась в подобную историю? Если бы я выбирала, Мэй…

Впрочем, Ло знала, что лукавит. Выбор-то у нее был. Она вполне могла отказаться от предложенных старушенцией печений, облитых лиловой глазурью… Можно было бы списать это на любовь к сладкому, но и это было бы лукавством. Да, выбор был. И она выбрала то, что хотела. Другое дело, что воплощение ее желаний выглядело на практике не совсем так, как Ло себе его представляла…

– Послушайте, уж не знаю, как вас зовут… – пробормотала Мэй. – Если вы выдаете себя за Ло, тогда наверняка знаете, что…

– Мои любимые цвета желтый и синий, а ты влюблена в Коула, хоть никогда в этом не признаешься. Я всегда говорила тебе, что у тебя есть шансы на успех, но ты отшучивалась и никогда не принимала мои слова всерьез.

Мэй вытаращила золотисто-карие глаза и открыла рот.

– Откуда ты знаешь?

– Я устала повторять, что я – Ло. Крошка Ло. Твоя подруга Ло. Называй, как хочешь…

– Дедушка Андрес, вы в это верите? – покосилась на старика Мэй.

– Мэй, я же все-таки как отец ей… – ответил Андрес, разливая кофе по чашкам. – Я Ло в любом облике узнаю. Хотя, поначалу и я не признал ее. Долго выспрашивал, прямо как ты… А потом посмотрел в эти голубые глазищи и понял: она это, Ло. Моя внучка…

Мэй недоверчиво присмотрелась к подруге. Несмотря на худобу, в этом лице угадывались черты Ло. Особенно похожими были глаза: нежно-голубые и грустные, как всегда.

– Неужели это ты, Ло? – наконец признала Мэй. – И все равно я не верю в эту идиотскую историю со старушкой и печенюшками… Знаешь, я бы даже в инопланетян поверила. Но в такую чушь…

– Может, придумаешь более разумное объяснение? – ехидно поинтересовалась Ло, отхлебывая кофе.

– Ну… – замялась Мэй. – Ладно, первое, что пришло в голову: ты сделала пластическую операцию…

Ло расхохоталась, чуть не подавившись кофе.

– За одну ночь? С теми деньгами, которые платит Бэйкер? Мэй, по-моему, ты издеваешься…