Добродушно улыбаясь, Ларри присел на уголок рабочего стола Саманты.

Кингстон опять прислонился к стене и скрестил руки на груди.

— Я бы не прочь поближе познакомиться с дамой, но она, кажется, возражает, — одаривая Саманту обворожительной улыбкой, пояснил Кингстон. Сэмми показалось, что она услышала нотки искреннего раскаяния. Однако Саманта прекрасно знала, что Эндрю Кингстон никогда ни о чем не сожалел за все тридцать четыре года своей жизни.

— Не знаю, Сэм, говорил ли тебе Эндрю, что он принял решение поработать в компании, — Ларри по-детски улыбнулся ей, ища поддержки. Усилием воли Саманта раздвинула губы в улыбке, и ободренный Ларри продолжил: — И я сказал, что никто не сможет ввести его в курс дел лучше тебя.

Саманта пересекла комнату и опустилась на стул, совершенно разбитая. Ну как теперь сказать Ларри, что она увольняется? Ларри — преданный друг. Он дал ей работу, когда было трудно, и не терзал расспросами, почему она уехала из Калифорнии.

Ларри покашлял, привлекая внимание Саманты.

— Эндрю берет на себя заботу об организации перевозок: все, что касается складирования, перемещения грузов, транспортных средств. А тебя я прошу по-прежнему заниматься составлением расписания, оплатой за услуги и работой с кадрами.

Улыбнувшись Эндрю, Ларри снова обратился к Саманте:

— Оставляю его на твое попечение, Сэмми.

Когда Саманта и Кингстон снова остались вдвоем, она не удержалась от колкости:

— Как же низко ты пал! Слетел с поста одного из руководителей крупнейшей в стране корпорации, чтобы заниматься грузовыми перевозками в никому не известной крошечной компании.

Кажется, Саманте удалось вывести его из себя.

— Вы, очевидно, не в курсе, мисс Джордан, но я владею половиной этой компании, — процедил Кингстон сквозь зубы.

Но Саманта упустила из виду не только это, но и то, что Кингстон довольно вспыльчив.

— Хорошо, мистер Кингстон. Что прикажете делать? — Саманта тщетно надеялась, что после этой вспышки они не будут выходить за рамки деловых отношений.