– Да, я тоже сгораю от нетерпения. Маккей – самодовольная свинья. Без зазрения совести транжирит твои деньги на вещи, которые, по его мнению, возвысят его в глазах окружающих. Ты верно подметил его слабое место. Ты правда думаешь, что можно будет найти доказательства его вины?

Эдмунд не первый раз задавал ему этот вопрос. Джеймс и сам сомневался в том, что разгадка находится на территории замка.

– Точно не знаю, но, мне кажется, здесь можно кое-что откопать. Если повезет, мне удастся услышать что-нибудь, что прольет свет на эту тайну. Маловероятно, что Маккею удалось избавиться от всех улик. – Он пожал плечами. – Точно не могу сказать. Знаю только, что для того, чтобы узнать истину, мне во что бы то ни стало надо проникнуть в Данкрейг.

– Хорошо, я помогу тебе, Джеймс.

Аннора увидела, что из мастерской вышел Эдмунд. С ним был незнакомец, который тут же приковал внимание девушки. Он был высоким и худощавым, словно долго голодал. Длинные каштановые волосы ниспадали ему на плечи. Его правую щеку рассекал шрам, а на левом глазу была повязка. У него были красивые, точеные черты лица, но они заострились от голода и лишений. Было очевидно, что этому человеку многое довелось пережить, и Аннора внезапно прониклась сочувствием к незнакомцу. Она не имела понятия, через какие именно страдания ему пришлось пройти, но ей очень хотелось стереть тревогу с его прекрасного лица и заставить этого мужчину забыть о своих печалях. Глядя на его полные губы, Аннора чувствовала необъяснимое волнение. Сильное впечатление, которое произвел на нее этот человек, удивило Аннору и даже немного напугало.

Она заметила, что мужчина смотрит на Мегги, и обняла девочку за плечи, словно хотела защитить. Взгляд незнакомца был слишком пристальным, и Анноре сделалось немного не по себе. Однако она не видела в его глазах ни угрозы, ни неприязни – там были безысходная тоска и глубокая печаль. Может быть, этот человек когда-то потерял своего ребенка? Анноре почему-то снова захотелось его утешить, и от этого странного желания ее охватила тревога.