– Так и есть. Моя Ида говорит, что Аннора умна и сообразительна. Видимо, Маккей боится, что она сложит два и два и тогда у нее откроются глаза на все, что творится вокруг. Ведь вся жизнь Маккея построена на лжи, и он боится разоблачения. Его вина висит над ним, как дамоклов меч.

– Надеюсь, что однажды, этот меч опустится на его голову, – пробормотал Джеймс. – Я очень на это рассчитываю.

– Как и все в Данкрейге, – согласился Эдмунд.

Джеймс кивнул. Он сразу понял, как запугано население Данкрейга жестоким лэрдом. Доннел ничего не смыслил в том, как вести хозяйство таким образом, чтобы земли приносили богатый урожай, а скот приумножался. Имелось достаточно свидетельств того, что Доннел наложил руку на богатства Данкрейга, нимало не заботясь о процветании народа. Ему не приходило в голову, что нужно делать запасы на будущее. Возможно, люди побаивались выказывать свое недовольство в открытую, но, когда вокруг не было свидетелей, они давали волю своему возмущению. До Джеймса доходило много слухов. Доннел обобрал Данкрейг до нитки. В дверь заглянула Ида.

– Девушка говорит, что ее послал лэрд. Ему нужен кубок, изготовленный Рольфом.

Сказав это, Ида исчезла. Джеймс некоторое время сидел за рабочим столом, стараясь справиться с волнением. Главное сейчас не совершить ошибки. Ему было известно, что Доннел из кожи вон лез, чтобы превратить замок Данкрейга в подобие дворца французского короля. Для воплощения в жизнь его тщеславных устремлений Маккею требовался умелый резчик по дереву, и необходимо, чтобы на эту работу взяли не кого-нибудь, а его, Джеймса.

– Вот этот, – сказал Эдмунд, показывая на высокий кубок, украшенный изысканной резьбой.

– Да… Вижу, ты выбрал превосходную вещицу, дружище, – улыбаясь, проговорил Джеймс.

– Давно не видел тебя таким довольным.

– Я полон предвкушения.