Франсиска до конца своих дней запомнит ночь, когда ее муж, чувствуя приближение смерти, высказал ей свою последнюю волю.

— Поклянись мне, — попросил он, — что в твоей жизни никогда больше не будет мужчины.

Франсиска даже не поняла сначала, что слова эти относятся к ней, ей показалось, что у больного начался бред и говорит он с кем-то другим.

— Поклянись мне, поклянись, — настойчиво повторял больной, сверля ее своими черными глазами.

Она была верной и любящей женой, после этих слов она впервые отчетливо поняла, что Марсилиу готовится оставить ее навсегда, и горько заплакала.

— Клянусь, клянусь, — проговорила она сквозь слезы. — Разве ты не знаешь моего сердца, мы никогда с тобой не разлучимся. Только не оставляй меня, умоляю!

Напряженное лицо больного смягчилось.

— Я верю тебе, Франсиска, — сказал он. — Ты всегда была разумной и надежной женщиной, оставайся такой и впредь. Дай мне руку.

Франсиска протянула ему руку, и Марсилиу вложил в нее маленький ключик.

— Больше никто в мире не знает об этом тайнике. — И рассказал, где он расположен.

— Надежда, не забывай о надежде.

Это были его последние слова. «Надеждой» называлась соседняя фазенда, и Франсиска поняла, что муж поручает ей завершить дело и купить ее. С рыданьем Франсиска упала ему на грудь и плакала долго-долго. Она осталась одна, отныне вся тяжесть ответственности лежала на ее плечах. А тяжесть была немалой: Бразилия переживала экономический кризис, цены на кофе упали. Богатые беднели, бедные нищали и разорялись. И в семействе Марсилиу дела шли не слишком важно…

Наплакавшись, Франсиска поднялась и пошла в дальнюю комнату. Отодвинула в ней ковер, увидела в полу люк, отперла его ключом, который дал ей Марсилиу, зажгла свечу и стала спускаться в подвал. Сколько лет она была в этом доме хозяйкой, а не подозревала о существовании этого подвала.