Надо сказать, что и у Дженаро характер был не из легких. Он, хоть и был хорошим музыкантом, но судьба у него сложилась несчастливо. Он не нашел себе места в большом мире. Хотя одно время имя его гремело, на его концерты собиралось немало людей, но он не ужился ни с одним импресарио, публику с самого начала не жаловал, в концертной деятельности разочаровался и вернулся в родной город с ощущением, что его не поняли. Не смягчила его и семейная жизнь, хотя выбрал он себе в спутницы красивую кроткую девушку, и она стала ему верной и ласковой подругой. Жили они все в том же маленьком городке, и сеньор Дженаро давал уроки музыки тем, кто хотел ей учиться. А много ли было желающих в захолустье? Все свои надежды он возложил на сына, надеясь вырастить из него великого музыканта. Тони был одаренным мальчиком, и то, что другим давалось с трудом, преодолевал легко. Он готов был сидеть за инструментом часами, но… сочиняя свое, а не разыгрывая гаммы, которые необходимы, чтобы стать достойным исполнителем. Отца его композиторство приводило в ярость. До тех пор пока мальчик послушно учил заданные ему уроки, отец был им доволен. Но стоило ему услышать, что сын что-то подбирает на пианино сам, он набрасывался на него чуть ли не с кулаками. А Тони сочинял песни. Что он мог поделать, если у него пела душа? Ему хотелось услышать эти мелодии въяве, и он садился за пианино. И не мог понять, что в этом дурного.

После того как отец стал ругать его за сочинительство, Тони стал убегать от фортепьяно и потихоньку рисовать. Рисование влекло его к себе не меньше музыки. Когда в их городке реставрировали церковь и приехал художник с подмастерьем, чтобы обновить потускневшие фрески, Тони без конца вертелся возле него. Художник обратил внимание на симпатичного подростка и даже стал учить его, увидев, что мальчик обладает способностями. После отъезда художника Тони продолжал рисовать, но заниматься этим всерьез не мог: денег не было ни на краски, ни на ученье.