Сара не надеялась получить его прощение, ведь она столько лет скрывала от него существование сына. В то же время вряд ли он будет устраивать скандал на глазах у ребенка, который уже покорил его сердце.

Ее взгляд устремился на Сезара.

— Если ты не возражаешь, я съем что-нибудь? Мы уехали из гостиницы рано утром, и сейчас я очень голодна.

— Я тоже хочу есть, — пропищал Джонни. Сара протянула сыну тарелку с бутербродами.

Джонни поднял глаза на отца и протянул ему бутерброд.

— Держи, пап.

Сезару ничего не оставалось, как взять.

— Терпеть не могу больницы, — заявил Джонни. — А ты?

— Я тоже.

— Тебе еще долго придется находиться здесь?

Сара затаила дыхание в ожидании ответа.

— На самом деле я собираюсь отправиться домой сегодня же вечером.

После перебранки Сезара с врачом это не удивительно. Наверняка здесь он чувствует себя как в клетке. Если бы она приехала днем позже, то вряд ли застала бы его.

Поймет ли он теперь, что ему есть ради кого жить? Врач сказал, что Сезар очень быстро стал терять вкус к жизни...

Прошу тебя, Господи, пусть Джонни станет тем толчком, который необходим Сезару, чтобы снова обрести веру в жизнь!

В палату вошла медсестра. Ее глаза широко распахнулись от удивления, когда она увидела, какие колоссальные изменения произошли с приходом Джонни. Сезар даже сказал ей пару любезных слов по-итальянски.

— Я что-то ничего не понял, — пожаловался Джонни, когда медсестра вышла.

— Люди в этой стране говорят по-итальянски, — объяснила Сара. — А еще твой папа говорит по-французски и по-испански.

Мальчик перевел взгляд на отца.

— Что ты сказал той леди?

— Велел ей принести бритву.

Лицо Джонни засияло.