– Она придурошная или наркоманка? – спросил у Молли детектив Дули, когда она появилась у него в кабинете в девять утра. Она целый час провела в обществе Грейс, но, по ее мнению, не узнала ровным счетом ничего. Грейс явно вознамерилась не раскрываться. Но было кое-что такое, что Молли во что бы то ни стало хотела знать – и узнает, захочет того девочка или нет.

– Ни то ни другое. Она испугана и потрясена, но голова у нее в совершенном порядке. Я хочу сегодня отправить ее в больницу на обследование, на сей раз серьезное. – Молли не хотелось затягивать с этим.

– А на какой предмет? Обследовать на следы наркотика в крови?

– Пусть даже так. Но не думаю, что тут дело в этом. Меня больше интересует мнение гинеколога.

– Чего? – Дули изумился. – К чему ты клонишь? – Он прекрасно знал Молли – она всегда была очень разумна, но все же порой увлекалась и забиралась в дебри, заинтригованная историей того или иного пациента.

У меня есть несколько предположений. Я хочу знать, вправду ли девочка оборонялась. Как-никак семнадцатилетние девушки не стреляют в отцов каждый день. И уж тем более девочки из таких семейств…

– Это бред, Йорк, – ты сама это знаешь. – В голосе его прозвучали циничные нотки. – А как насчет четырнадцатилетней соплюшки, с которой мы возились в прошлом году? Она истребила всю свою семейку, включая бабулю и четырех младших сестренок! Хочешь сказать, что и это была самозащита?

– Это совсем другое, Стэн. Я читала все материалы по делу Грейс. Джон Адамс был совершенно наг, и она тоже. А на простынях – явные следы спермы. Не станешь же ты отрицать, что есть вероятность…

–. Стану! Кто угодно, только не этот парень! Я его знаю. Прост как правда, к тому же второго такого обаяшки во всем городе не сыскать! Ты сама положила бы на него глаз.

Дули кинул на Молли многозначительный взгляд, который та проигнорировала. Он обожал поддразнивать ее. Молли была очень хороша собой, к тому же из весьма «экстравагантного» чикагского семейства.