Приняли не сразу. Шишки, проявляя свое обычное высокомерие, заставили его ждать.

Правда, недолго, но заставили все же. Показали ему еще раз, напомнили, что он всего лишь слуга. Высокопоставленный, высокооплачиваемый, но слуга, а не равный им член клуба.

Петти, Хаммонд и Макмиллан поприветствовали его, не поднимаясь с мест. Легкими кивками.

Дождавшись, когда адвокаты Хаммонда — Сэмюэль Льюис и Ребекка Майер — выйдут из помещения, Петти выдержал минутную паузу и, кивнув Ричарду, позволил ему говорить.

— Господа, — слегка откашлявшись, начал Чивер, — я привез материалы по интересующему вас предмету. Нам не представилось возможным установить видеоконтроль, но и аудиозапись, которую сделали ведущие наблюдение агенты, представляет несомненный интерес и говорит о больших изменениях в образе жизни нашего объекта.

— Позвольте нам самим делать выводы о том, насколько сильные изменения произошли в жизни объекта, ваше дело изложить факты, и не более того, — сухо заметил Макмиллан.

— Да, сэр, — по-военному ответил Ричард Чивер.

— Тогда не будем тянуть время и давайте послушаем запись, — предложил Петти.

— О-кей, — кивнул Макмиллан, — включайте, Чивер, мы ждем.

Ричард достал из внутреннего кармана летнего холщового пиджака маленький цифровой диктофончик и, поставив его на середину стола, нажал кнопку воспроизведения…

Три минуты все сидели словно зачарованные.

И выражение на лицах у взрослых дяденек, самому молодому из которых было уже за пятьдесят, было словно у тех мальчишек, когда на переменке в туалете они, вырывая друг у дружки из рук мятый глянец журнала, пытались получше разглядеть манящие и распаляющие воображение непристойности…

— Да он же ее трахает, как слон слониху, — первым не выдержал и нарушил молчание Джейкоб Цорес.