— Моя дочь могла бы рассказать вам немало интересного о столь обожаемых вами образцах ранней античности, — с шутливой иронией сказал Джеймс, окинув Найджела проницательным взглядом.

Они расположились друг против друга в просторном, обставленном в строгом классическом стиле кабинете. Выдался один из прохладных майских вечеров, и Джеймс распорядился затопить камин. Ровное пламя бросало теплые отсветы на обшитые дубовыми панелями стены и книжные стеллажи.

— Вот как? — Найджел удивленно изогнул бровь.

Что может школьница рассказать ему о предмете, которому он посвятил без малого пять лет своей научной карьеры и теперь считается чуть ли не экспертом в этой области? Найджелу пророчили блестящую защиту диссертации, которая будет заслуженной наградой за бесконечные, порой довольно-таки изнурительные поездки на раскопки.

— А что вас, собственно, удивляет? Мелинда несколько раз ездила на раскопки на Балканы и опубликовала ряд весьма неплохих статей. Одну из них даже включили в научный сборник для студентов-старшекурсников.

Найджел не верил своим ушам.

— Должно быть, ваша дочь блестяще сдаст вступительные экзамены в любой университет мира, — только и смог сказать он.

Мгновение Джеймс Эдвардсон изумленно взирал на своего собеседника, затем неожиданно расхохотался.

— Сдаст экзамены!.. — воскликнул он сквозь смех. — Да она не только поступила в университет, но даже успела его окончить!

— В самом деле? — Найджел был немало наслышан о вундеркиндах, но далек от мысли, что Мелинда Эдвардсон принадлежит к их числу. Вернее, вовсе об этом не думал.

Тем не менее, Джеймс серьезно кивнул.

— Да, Мелинда окончила университет еще в прошлом году. И теперь она стремится получить ученую степень. Надо сказать, не без оснований.