И вновь этот пронзительный взгляд глубоко посаженных глаз стального цвета. Найджел почувствовал себя застигнутым врасплох, словно его собеседник без труда читал мысли.

— Нет-нет, — поспешил заверить он.

— В конце концов, Лили отступилась и от дочери, и от своих заоблачных притязаний. Да, именно в таком порядке. — Джеймс покачал головой. — Мелинда осталась со мной, таково было решение суда. Правда, я по собственной инициативе выплатил Лили небольшую сумму, чтобы она смогла обустроиться на новом месте. К тому же я разрешил ей видеться с дочерью. Нечасто и обязательно в моем присутствии. При этом сама Мелинда ни разу не выразила желания видеться с матерью чаще и тем более переехать к ней насовсем. А уж Лили всегда была настолько суха и формальна во время их встреч, что на Мелинду после них было больно смотреть. Могла бы быть приветливее к своему ребенку. Что за женщина!

Профессор шумно выдохнул, его губы были плотно сжаты, в глазах блеснули искорки гнева.

— Но теперь-то все хорошо. — Найджел неуклюже попытался исправить обстановку. — Мелинда стала очаровательной девушкой.

— Вы так думаете? — с живостью отозвался Джеймс. От его безнадежной угрюмости не осталось и следа. — Скажите, Найджел, — неожиданно поинтересовался он, — а вы никогда не думали о том, чтобы создать собственную семью?

Ну нет, до этого пока не дошло! Правда, вслух Найджел этого не сказал, да его собеседник, похоже, и не нуждался в ответе.

— Ну конечно! — уверенно заключил Джеймс. — Вы еще так молоды, энергичны, самоуверенны… Кажется, что вся жизнь впереди.

Вот-вот, мысленно согласился Найджел.

— И все же я считаю, что вам самое время подумать о браке, — без всякого перехода заявил Джеймс. — Более того, я считаю, что Мелинда будет вам прекрасной женой. Что вы на это скажете?

Если Найджелу и было что сказать, то сейчас он при всем желании не смог бы этого сделать. Впервые он отчетливо осознал, что именно испытывает человек, внезапно потерявший дар речи. Джеймс Эдвардсон с легкой усмешкой наблюдал за ним.