— Вы уверены?

— Абсолютно уверена, миссис Кертис.

Миссис Кертис нахмурилась.

— Это ваша подруга сказала вам, что Бертолд отец ее ребенка?

Хилда замялась. Ей не хотелось обманывать эту милую женщину, а правда была довольно сложной и, наверное, даже шокирующей для любого, кто плохо знал Флору. Для миссис Кертис факт установления отцовства, по-видимому, имел особое значение.

— У нас с Флорой не было секретов друг от друга, — решительно заявила Хилда, довольная тем, что говорит правду: именно так обстояли дела, пока они не поссорились. — Мы с ней были скорее сестрами, чем подругами. Ваш сын — отец Петл, миссис Кертис, это точно. Но если он будет продолжать отрицать отцовство, анализ ДНК устранит любые сомнения.

— Что значит… «продолжать отрицать»?

— Обнаружив, что беременна, Флора пошла к нему. Бертолд отказался признать, что ребенок его, хотя и дал ей денег на аборт.

— Который она, как я понимаю, не сделала…

— Да. Флора не могла пойти на это…

— Слава Богу. — Миссис Кертис вздохнула, улыбнулась девочке, которую держала на руках, затем посмотрела на Хилду. — Я всегда хотела иметь внуков. Вы не поверите, но я уже начала смиряться с мыслью, что у меня их никогда не будет. Бертолд упорно отказывался жениться и заводить детей. А потом и его брат Питер… ох…

Миссис Кертис осеклась и нахмурилась, глядя на Хилду.

— Вы сказали, что вы опекун девочки. Но почему, Хилда? Понимаю, вы были Флоре почти сестрой, но почему все-таки вы, а не дедушка и бабушка? Или тети и дяди?