– О нет!.. – жалобно простонала она и бросилась к окну, скрытому за тонкой шелковой занавеской.

– Что вы делаете?! Алекс, она хочет прыгнуть! – воскликнул принц Руби, увидев, как Хани рывком раздвинула шторы и отчаянно затрясла ручки окна. – Стой! Мы же на двадцать втором этаже!

Хани удалось наконец справиться с запорами и поднять тяжелую раму окна. Навалившись животом на подоконник, она высунула голову наружу и с жадностью глотнула чистого и прохладного ночного воздуха.

Кто-то крепко схватил ее сзади за пояс.

– Ты с ума сошла? – сердито осведомился принц Руби. – Ты же могла убиться насмерть! Что это, черт возьми, на тебя нашло? – От потрясения он даже утратил свою обычную вежливость.

Чистый воздух подействовал на Хани почти мгновенно. Тошнота отступила, но она сделала еще несколько глубоких вдохов, прежде чем решилась повернуться к нему и ответить.

– Я… я не собиралась прыгать, – пробормотала она. – Просто мне стало нехорошо и необходимо было глотнуть свежего воздуха.

– Понятно, – кивнул принц и сильнее сжал талию Хани. – Так, значит, вы не собирались от нас сбежать?

Хани отрицательно покачала головой и снова глубоко вздохнула. Принц тем временем придвинулся к ней, и его руки скользнули вверх, остановившись под самой ее грудью.

– И вы не склонны к суицидомании? – уточнил он.

– Конечно, нет! – возмутилась Хани. – Так что вы вполне можете меня отпустить.

– Мне почему-то кажется, что это не самое лучшее предложение, – отозвался принц Руби, и его руки поднялись еще чуточку выше. – Вам же только что было нехорошо. Что, если у вас закружится голова и вы все-таки вывалитесь из окна?