— Мы рады, что вы приняли наше приглашение, мистер Морган, — сказал Редмонд.

— Посмотрим, что будет дальше, — сдержанно улыбнулся тот уголками губ.

Он не беспокоился о том, что его могут вспомнить. Его считали мертвым в этих краях уже целых девять лет. Слава Богу, у него был тогда участок земли на кладбище. После обвала, хотя тела так и не были найдены, угледобывающая компания поставила каменный памятник, чтобы хоть символически похоронить их.

— Идемте в контору, там мы сможем поговорить в более конфиденциальной обстановке, — предложил Редмонд, указывая на дверь изящным наманикюренным пальцем.

— Чак, пусть Илейн принесет нам кофе. Мужчины перешли в помещение конторы.

Редмонд сел за резной дубовый стол, Морган взял стул и уселся напротив. То же самое сделали Даусоны. В комнате из мебели было всего несколько предметов: стол, стулья, медная настольная лампа и затейливой формы торшер с красным абажуром. На одной стене висели потертые картинки с видами отеля (вернее, того, как он когда-то выглядел), а рядом планы всевозможных усовершенствований. Они тоже были желтыми и истрепанными. Похоже, у Лоуэлла Мак-Элистера были большие намерения относительно отеля в Кейсервилле.

Ожидая, пока все поудобнее устроятся, Морган еще раз внимательно оглядел младшего Даусона. Он помнил его с детства. Будучи на два года старше Моргана, Чак Даусон в то время был нечестным, несерьезным парнем и любил только себя. Его не раз ловили на мошенничестве в картах, а также подозревали в нескольких случаях растраты денег из кассы отца. Когда же Чак затащил в заросли за школой Бетси Пирсон, только деньги отца спасли его от наказания.