И тем не менее каждый имеет свою цену. Даже блондинка с розовыми щеками, пухлыми губами и бездонными голубыми глазами.

– Она возьмет деньги, – сказал он Джиму, переключая передачу. – В конечном итоге они все так поступают.

Макс решит эту проблему. У него был большой опыт в подобных делах. После финансового и личного краха своего отца он десять лет работал не покладая рук, чтобы вернуть семье де Лука доброе имя и былое могущество.

Его инвестиции приносили тройную прибыль. Благодаря слиянию «Мегалос Ризотс» с «Де Лука Инкорпорэйшн» и образованию «Мегалос – Де Лука Энтерпрайзис» стоимость акций его компании резко возросла. Чтобы удержать талантливых руководителей высшего звена, новый совет директоров ежегодно перечислял на их счета восьмизначные суммы.

Хотя отца Макса исключили из совета директоров семейной компании, Макс твердо решил, что следующий генеральный директор будет носит фамилию де Лука. И его ничто не остановит, тем более какая-то хрупкая блондинка. Даже если она носит под сердцем ребенка его брата.

Выходя следующим вечером из здания стоматологической клиники, где она работала, Лили хмурилась. Трехлетний Тимми Джонсон сегодня укусил ее за указательный палец. Даже резиновые перчатки не помогли, и острые зубки малыша оставили на ее коже неприятные ссадины.

Она работала допоздна три дня в неделю по двум причинам. Во-первых, за сверхурочные часы хорошо платили, во-вторых, по вечерам ей больше было нечем заняться. Не то чтобы ей не нравилось ходить на вечеринки, просто этот период ее жизни остался в прошлом.

Достав из сумочки ключи, она направилась к своей старенькой «тойоте королла», на которой ездила уже четыре года. Не успела она добраться до машины, как перед ней остановились двое мужчин. Обоим было лет двадцать пять. Они так походили друг на друга, что их можно было принять за братьев.

– Лили Маккол? – спросил один из них.

Молодой человек показался ей знакомым, хотя она не смогла вспомнить его имя. Один из друзей Тони? Лили напряглась.