- Где он живет? - спрашиваю я на всякий случай.

И Варя неожиданно сообщает:

- Тут, недалеко. На Плющихе.

- На Плющихе? - недоверчиво переспрашиваю я. - Это он вам сказал?

- Да нет. На такси меня вечером домой завез. А потом, я слышу, говорит водителю: "Теперь на Плющиху".

- Когда же он вам платье передал?

- Вчера.

- Сказал, чье платье?

- Сказал. Сестра прислала продать. Из другого города. Пятьдесят рублей обещал. И паспорт ее дал. "Чтоб, - говорит, - шуму потом не было".

Я понимаю, почему он так щедро решил с ней расплатиться. Ведь платье оценили всего в семьдесят рублей. Он затянуть ее хочет, привязать к себе. Расчет тут примитивный и точный. Понял, кто перед ним.

- Дура я, дура, - горестно произносит Варвара.

- Как же он деньги у вас получит? - спрашиваю.

- Обещал позвонить.

- Куда?

- На работу. Куда же еще?

- Ну вот что, Варя, - говорю я наконец. - Вам уже ясно, надеюсь, что он вор. Самый обыкновенный вор, хотя и обходительный. Платье это краденое. И вы пытались его сбыть.

- Что ж теперь будет, господи? - упавшим голосом спрашивает Варвара.

- А будет то, что мы с вашей помощью его задержим. Обязательно с вашей помощью, - подчеркиваю я - Потому что, если мы поймаем его сами, тогда... он, пожалуй, успеет еще немало бед причинить. И это тоже будет на вашей совести.

Я не хочу и не могу ей что-нибудь обещать за помощь. Не могу потому, что это не от меня зависит. Хотя преступление ее, конечно, невелико. Но решать тут должен наш Кузьмич А не хочу я ей ничего обещать потому, что нельзя, чтобы она подумала, что я ей какую-то лазейку предлагаю или, еще хуже, сделку. И я рассказываю про ту актрису. Даже еще подробнее, чем Светке. И вижу, как Варвара кусает губы.

Неожиданно она говорит:

- Ну что у меня за несчастливая жизнь такая? Почему я все в грязи да в грязи? Почему я отмыться не могу?