- И что это должно означать?

- Всего лишь быстрый и довольно топорный перевод отрывка из поэмы малоизвестного поэта эпохи кватроченто. Довольны?

Здоровое чувство юмора подсказало Верити достойный выход из создавшегося положения. И вообще, разве можно бояться человека, цитирующего любовную лирику итальянского кватроченто?! Хотя не следует упускать из виду, что самые кровожадные и беспощадные убийцы XV - XVI веков не только свободно декламировали подобные стихи, но и охотно сочиняли их. Было бы в высшей степени наивно полагать, что убийца патологически не способен набросать возвышенный сонет. Кто-кто, а Верити прекрасно знала, что галантный кавалер эпохи Ренессанса должен был не только искусно владеть шпагой, но и не менее искусно воспевать в стихах самые утонченные чувства.

- Должно быть, это и в самом деле весьма малоизвестный автор. В свое время я читала поэзию Ренессанса, но что-то не припомню подобного опуса.

- Еще одно очко в мою пользу, - невозмутимо парировал Джонас.

- Разумеется, - кивнула Верити. - Вот только никак не пойму, какое отношение имеет любовная лирика к мытью посуды.

- Если желаете, могу процитировать и Макиавелли.

Как вам его мысли по поводу управления с помощью страха? Помнится, великий гуманист, наставляя государя, указывал, что всегда выгоднее нагонять страх на подданных, чем добиваться их любви. Думаю, это в полной мере относится и к управлению рестораном.

- Вздор! Я читала Макиавелли и прекрасно знаю, что ко мне это не относится.

- На вашем месте я бы не зарекался, - многозначительно протянул Джонас. - А кстати, с чего вдруг вы читали "Государя"?

- Мой отец всегда говорил, что труды Макиавелли до сих пор лежат в основе всей современной политики.

Поэтому он заставлял меня штудировать его произведения, - рассеянно ответила Верити, снова уткнувшись в резюме. - Я смотрю, вы все больше работали в барах.