Ее комната. Обхватив себя руками, Фейт в тщетной попытке унять дрожь вспоминала вызов, брошенный ей Нэшем в этой последней фразе. Он ждал враждебной реакции, но она приняла решение больше не позволять ему манипулировать, ни своими чувствами, ни поступками.

Старая комната. Фейт подошла к небольшому окну и посмотрела вниз на красочную мешанину разноцветных квадратов искусно распланированного парка.

Комната раньше составляла часть детской и помещалась в ложной башне, которая играла важную роль в архитектурном оформлении особняка. Проектируя башенку, архитектор, наверное, решил отдохнуть и дал волю фантазии. Пятнадцатилетняя Фейт часто воображала себя принцессой из волшебной сказки, которая ведет уединенную жизнь в собственном замке, мечтая о принце.

— Я думаю, ты разочарована тем, что твоя башня не возведена на острове посреди озера, — поддразнил ее Нэш, когда она бурно восторгалась необычным жильем.

Для Фейт комната, которую выбрал Филип Хэттон, представлялась настолько чудесной и совершенной, что она не смогла подобрать слов, чтобы объяснить это Нэшу.

Ночью, первой ночью, проведенной на огромной удобной кровати, девочка думала о матери. Закрыв глаза, она мысленно разговаривала с ней, рассказывала, как она счастлива, описывала свою комнату. Фейт знала: мама всегда готова разделить ее радость и восхищение всем, что выпало на ее долю. Ей тогда хотелось, чтобы мама была с ней рядом.

Конечно, это было невозможно. С глазами полными слез Фейт вспоминала, как она молча плакала в подушку. За последние шесть страшных мучительных месяцев она поняла, что мама никогда не увидит «Хэттон».

Фейт отошла от окна и осмотрелась. На душе было беспокойно. Комната почти не изменилась. Кровать, во всяком случае, выглядела точно так, как та, что запомнилась ей. Занавески на окне и покрывало сменили. Зато сильно поблекшие обои — старомодные с мелкими розочками — она узнала. Фейт протянула руку и нежно прикоснулась к нарисованной розе.