Из диспетчерской выглянул кряжистый дед с бородой приходского священника. Это и был сторож Пахомич. Митя познакомил его с "ученым человеком". Но "ученость" на сторожа не произвела никакого впечатления, его глаза с хитрым прищуром словно говорили: а кто теперь не ученый? Он открыл директорский кабинет, и пока Семен дозванивался до Ишутина, друзья-приятели достали из ящика стола ободранные шахматы, стали играть по-шашечному.

Телефон "Автосервиса" молчал. Молчал и квартирный. И вдруг кто-то из шашистов произнес:

- ... ну который приезжал на похороны к Данькиным.

Не отнимая от уха трубку, Семен стал прислушиваться к разговору.

- И этого, значит, прихлопнули, - вздыхая говорил Пахомич. - А был такой парняга!.. Помню-помню. И на Севере и здесь в одной были партии.

- Это уже не первый.

- А кто еще?

- Остапец . Кирюшка.

- Где ж его?

- Нашли в кювете...

Наконец отозвался квартирный. Семен узнал голос Эллы Юрьевны, жены Ишутина. Слышимость была отвратительная - рядом с ишутинским телефоном работал телевизор, четко угадывалась передача "Санта Барбары".

- Пригласите, пожалуйста, Павла Петровича.

- А его нет. Позвоните завтра .

Тон Эллы Юрьевны свидетельствовал, что её не вовремя оторвали от сентиментальной передачи.

- Я взял у вас напрокат "Урал".

- Ну и что?

- Звоню из Мергеля. В мотоцикле что-то с реле.

- Позвоните завтра, - повторила она.

- Передайте Павлу Петровичу, обязательно передайте, - настаивал Семен. - Реле забарахлило.

Это реле он придумал как условный сигнал: что-то с реле, значит, срочно требуется встреча. Передаст ли она Павлу Петровичу? Она может и забыть. Ведь женщина смотрит "Санта-Барбару" - отключилась от действительности. Чтоб жизнь не казалась такой мрачной. Но у Эллы Юрьевны благодаря её мужу жизнь была ещё сносная. Муж частник, владелец "Автосервиса", к нему обращаются за помощью , а за спасибо теперь никто никому не поможет.