Но когда до дверей оставалось всего несколько шагов, из дома вышла сестра, она улыбалась. Чумазый мальчишка цеплялся за ее юбку, еще один сидел на руках, а третий был в животе. Сестра расплылась в улыбке.

Следом за сестрой из двери высунул голову ее муж. Лицо у него все еще было красным. Видно, ему пришлось очень быстро бежать, чтобы опередить Ангуса.

— Это ты сделал? — спросил он. — Ты ослабил подпругу, чтобы она упала?

Этого Ангус уже не мог снести.

— Я бы ни за что не обидел женщину, — сказал он, выдав голосом свое потрясение. — Как ты мог так подумать обо мне?

Сестра засмеялась.

Ангус умолк. Что он сделал такого, что они решили, будто он способен на низость? На подобное обвинение и отвечать не стоит. Слишком много чести для зятя. Развернувшись, Ангус пошел прочь.

Он замедлил шаг, лишь когда услышал оклик сестры:

— Пожалей меня, Ангус! Я не могу с таким животом бежать за тобой.

Он остановился и оглянулся.

Поравнявшись с ним, она положила руку ему на плечо.

— Или мы сядем и отдохнем, или тебе придется принимать этого ребенка прямо здесь и сейчас.

Ангус присел на камень, и Кенна села рядом, поглаживая живот, чтобы успокоить того, кто в нем жил.

— Он не хотел ничего плохого, — сказала она.

— Твой, муж или Шеймас?

— Так это Шеймас ослабил подпругу? Я так и знала.

— Ты одна об этом знала. Все прочие, похоже, считают, что это сделал я.

— Нет, никто так не думает, — сказала она.

— Твой муж…

— Он тебе завидует, еще как, — сказала Кенна. — Ты ведь знаешь.

— С чего ему завидовать мне? У него есть дом, семья и жена, о которой можно только мечтать.

— Дом ему не принадлежит, а единственное, что у него хорошо получается, так это, похоже, делать детей. Все остальное делаешь ты.