— Зачем же вы согласились со мной встретиться? Ведь вы не желаете слушать никакие доводы.

Он улыбнулся.

— Я надеялся, что вы поймете, мисс Диллон. Возможно, вам тоже стоит отправиться на поиски духовного просветления.

Это было для Энни уже слишком. Старик хлопнул рукой по шляпе.

— Ну, мне пора! — Он прислушался к дребезжанию стенных досок. — Кажется, скоро придет Хевовитастамиуц.

— Что-что? — спросила Энни одними губами.

— Ураган, — объяснил старик.

— А-а! По-моему, он уже здесь.

Грустно улыбнувшись, Уиндфут приподнял шляпу.

— Прощайте, мисс Диллон. Да направит вас Всевышний Мудрец в ваших скитаниях.

Энни кивнула. Наверное, Уиндфут желает ей добра. Когда он выходил, в двери салуна ворвался новый порыв холодного ветра. Она стояла, обхватив себя руками за плечи, и слушала, как рычит и фыркает его пикап, уезжая из городка.

Оставшись одна в продуваемом сквозняками салуне, Энни впала в уныние. Она уже потеряла на этом предприятии все свои деньги, а теперь могла остаться и без земли. Ей грозило полное разорение в прекрасном возрасте двадцати шести лет!

Она бродила по залу, оглядывая халтурную работу подрядчиков: некондиционные двери и окна, водяные разводы на «новом» потолке, гвозди, торчавшие из настила на полу. Над стойкой бара висела старая картина, на которой маслом была изображена обнаженная блондинка. Судя по довольному виду пышнотелой красавицы, ей было куда веселее, чем Энни. Щербатую золоченую раму окружали серые доски. Видимо, подрядчики даже не пытались обновить стенную обшивку. Этому дереву, испещренному пулевыми отверстиями, было никак не меньше ста лет.

В мрачной задумчивости Энни опустила локти на стойку бара и подперла подбородок руками. Как же так получилось? Она купила Дэденд из любви к старому Западу, мечтая перенести в наше время частичку ковбойской эпохи.