Через пятнадцать минут он уже был чисто выбрит, сменил полосатый шерстяной сюртук на черный вечерний фрак и застегнул рукава массивными серебряными запонками. Подняв воротничок рубашки, Гарри накинул черный шелковый шейный платок, опустил часы в нагрудный карман жилетки, натянул пару белых перчаток, взял черный цилиндр и направился к двери.

Мисс Дав прекратила печатать и подняла глаза, когда он навис над ее столом.

– Подарок для Фиби? – спросил он.

– В вашем кармане, сэр.

Он положил цилиндр и похлопал себя по внутреннему карману. Нащупав выпуклость, он выудил смехотворно крошечную коробочку, завернутую в бледно-желтую оберточную бумагу и перевязанную шелковой ленточкой с лавандовым бантиком. С одной стороны свисала кремовая карточка размером не больше коробочки.

– Святые небеса, что здесь такое?

– Шкатулка из Лиможа. Если я не ошибаюсь; ваша сестра коллекционирует их. Эта изготовлена в 1740 году. На ней ангелочки, очень подходящий вариант, осмелюсь выразить свое мнение. Домашние зовут вашу младшую сестру Ангелочком, ведь так?

Мисс Дав не переставала удивлять его своими обширными познаниями.

– Внутри лежит кольцо с сапфиром, – добавила она. Гарри нахмурился, в груди шевельнулось беспокойство.

– Но ведь обычно я дарю ей жемчужину или что-то вроде того?

– Леди Фиби закончила свое наборное жемчужное ожерелье в прошлом году. В любом случае ей исполняется двадцать один год, пришла пора дарить сестре драгоценные камни. Я подумала, что сапфир на полкарата в обрамлении платины как раз то, что нужно.

– Нисколько в этом не сомневаюсь.

Мисс Дав взяла перо, обмакнула его в чернильницу и протянула перо виконту:

– Не подпишете карточку, сэр?

Он с сомнением посмотрел на кремовый квадратик: