– Гарри, ты обязан жениться и родить сыновей. Просто обязан. Время уходит. Тебе уже тридцать шесть, и через несколько лет будет поздно. Тебе исполнится сорок, а мы все знаем, что случается с бедными мужчинами в это время.

Гарри поперхнулся вином.

Леди Луиза, похоже, ничего не заметила.

– Ты должен срочно найти жену.

Мать не знает, что говорит, уверял он себя.

– Зачем мне ломать голову и самому искать жену, мама, когда у меня есть такие заботливые сестры? Они все за меня сделают.

– А что случается с мужчинами в сорок лет? – заинтересовалась Фиби.

– Не важно. – Не давая Фиби развить эту тему, Диана вернулась к девочкам Диллмот: – Знаешь, Фиби, думаю, ты права. Леди Мелани неплохой выбор. Конечно, она засиделась немного, ей двадцать восемь, – она не так хороша собой, как Флоренс, но у нее черные волосы, а Гарри предпочитает именно темноволосых. К тому же Мелани – самая умная из двух сестер.

– Умная? – Из груди Гарри вырвался тяжкий вздох. – Мелани Диллмот не способна поддержать разговор. Она слишком косноязычна, слова вымолвить не может. Не пойму, как ты ухитрилась узнать о ее уме.

– Она теряет дар речи только в твоем присутствии, – заверила его Диана. – Это понятно, если учесть ее чувства, хоть я и не уверена, сослужат ли они добрую службу и сделают ли ее хорошей женой.

– О чем ты толкуешь?

– О, Гарри! – застонала старшая сестра. – Иногда ты бываешь непроходимым тупицей!

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – охотно согласился он с ней. – В конце концов, я ведь мужчина. И что же во мне такого, от чего у Мелани Диллмот язык отнимается?

– Она влюблена в тебя, разумеется!

– Что? – изумился Гарри. – Не говори глупостей!

– Влюблена, – настаивала на своем Диана. – И давным-давно. С тех пор, как ты спас ее кошку.

Он даже про ужин забыл, оторвался от тарелки и обвел глазами сидящих за столом. На его лице явно отразились тщетные попытки припомнить изгладившееся из памяти событие. Вопросительный взгляд был встречен четырьмя вздохами безысходности и одним раздраженным старческим покашливанием, на все эти звуки он не обратил никакого внимания. Живя в окружении дам, без отца, который умер двадцать лет тому назад, и без единого брата, чтобы хоть как-то сравнять счет, он давно усвоил одну азбучную истину – женщинам угодить невозможно.