У него не хватило решимости сказать ей, чтобы она больше не утруждала себя.

– Вот это сила духа! Говорят, настойчивость всегда вознаграждается.

– Я рассматриваю это очередное «нет» как избавление от еще одного препятствия, – сказала она, натягивая перчатки. – Преодоление всех «нет» рано или поздно приведет к «да», как говорит миссис Бартлби.

– Кто?

Эмма замерла, озадаченно уставившись на него.

– Миссис Бартлби, – повторила она так, словно это имя должно быть ему известно.

Он нахмурился, пытаясь припомнить даму по имени Бартлби. Через секунду Гарри покачал головой:

– Прошу прощения, мисс Дав, но я с ней не знаком.

– Но… – Она замолчала, глядя на него широко распахнутыми карими глазами, губки приоткрылись, озадаченное выражение лица сменилось откровенным изумлением.

Ее вид потряс его до глубины души, так не похожа была она в этот момент на холодную, невозмутимую помощницу, много лет работавшую рядом с ним.

– Мисс Дав, с вами все в порядке?

– Вы не знаете, кто такая миссис Бартлби, – как-то странно проговорила она, будто пыталась принять невероятный факт.

Гарри стало не по себе.

– А должен? – Он одарил ее улыбкой. – Что-то я никак не могу припомнить эту даму. Вы не освежите мою память? Может, один из моих конкурентов напечатал ее книгу, а мне это неизвестно?

– Нет. – Она судорожно сглотнула и отвела взгляд, неподвижная, точно статуя.

Неловкость Гарри плавно перетекла в тревогу. Не собирается ли она упасть в обморок? Он не представлял себе мисс Дав в обмороке, но все когда-то случается впервые.

– Вы белая как полотно. Вам плохо?

– Нет. – Она потрясла головой, выходя из оцепенения. И так быстро превратилась в прежнего секретаря, что он засомневался – а не померещился ли ему этот изумленный застывший взгляд? – Спасибо за ваше мнение о моей рукописи, – сказала она. – Поскольку сегодня суббота и время уже далеко за полдень, я пойду, если у вас нет других поручений?