Гренфел придвинулся поближе к дочери и спросил:

— Рассказать тебе, что я задумал?

Он говорил с Бенитой нежно, как бывало в детстве, когда что-то пугало ее, а, он старался успокоить свою девочку.

— Д-да, папа.

— Я поручу тебя человеку, который, я уверен, защитит тебя от жадности, лицемерия и лжи.

— Н-но, представь себе; что, если, когда мм встретимся… я не полюблю… его… того человека… которого ты выбрал для меня.

— Он тебе понравится. Конечно, вам придется постараться, прежде чем вы уверитесь, что возникшие между вами чувства не простая дружеская привязанность, а настоящая божественная любовь, которая когда-то соединила нас с твоей матерью.

Майор знал, что Бенита внимательно слушает, пряча лицо на его плече, и поэтому продолжил:

— Любовь, о которой все мечтают. О которой пишут в книгах. О которой мы говорили с тобой иногда.

Он остановился, а затем еще нежнее добавил:

— Любовь Ромео и Джульетты. Любовь, которая слышится в музыке и о которой шепчет ветер в ветвях деревьев.

Бенита попыталась что-то возразить, но он не дал ей прервать себя:

— Любовь, с которой твоя мать растила сад.

И всякий раз, как я смотрю на цветущие лужайки, мне кажется, что я вновь целую ее.

Его голос дрожал все сильнее.

Бенита прошептала:

— Да… именно такую любовь я хотела бы… найти.

— Только такую и стоит искать, моя маленькая красавица. И я верю, ты обязательно найдешь, хотя, возможно, не сразу.

— Но… я должна… выйти замуж за этого… человека, которого ты… выбрал для меня… — пробормотала дочь.

— Мы не можем ждать. Свадьба состоится сегодня днем.

Бенита села прямо и слегка отодвинулась от отца.

— Ты действительно… хочешь, чтобы это произошло… так быстро?

— Да, сегодня днем!

Повторяя эти слова, майор почувствовал, как боль внезапно пронзила все тело.