— Где ты была? — спросила Рэйчел, аккуратно складывая карты в стопку перед тем, как спрятать их в шкатулку красного дерева. — Ты должна помогать мне, а за последние три часа я тебя ни разу не видела.

Пенни закатила глаза и забарабанила своими короткими, остро нуждающимися в маникюре ногтями по поверхности стола.

— Господи, Рэйчел, тебя тут все и так знают.

Если они хотят предсказания, то они его получат, а если я стану ходить и рекомендовать каждому подойти к тебе, то этим только все испорчу.

— Не испортишь. Делай это так, как я тебя учила. Нам нужно, чтобы бизнес…

— Нам не нужен бизнес. У «Золотой Пирамиды» дела идут прекрасно. — С развязной ухмылкой Пенни прищурила глаза. — Тебя послушать, так мы просто на грани нищеты или что-то в этом роде.

Рэйчел стиснула подлокотники кресла. Она не станет вновь затевать спор с сестрой, их могут услышать клиенты. Ее одновременно бесило и заставляло жалеть, что Пенни способна забыть прошлое, выбросить из памяти бесчисленные дни, когда им приходилось экономить на еде, чтобы расплатиться за убогую однокомнатную квартиру.

Но где-то в глубине души Рэйчел завидовала такой избирательности памяти сестры. Были дни, кода она сама мечтала забыть о прошлом, неотступно преследующем ее. Но слишком долго она прожила, замечая, как тяготы жизни оставляют глубокие морщины на когда-то гладкой коже лица матери. Работа горничной в дешевой гостинице обезобразила ее руки. От мытья полов и полировки чужой мебели распухли пораженные артритом суставы пальцев.

Однако, как бы усердно ни трудилась Эмили, иногда им не хватало денег даже на самое необходимое. К счастью, Пенни и Рэйчел имели возможность бесплатно обедать в школе, за что Рэйчел должна была убираться в школьной столовой. Это не вызывало у нее протеста, так как она понимала, что выполнение этой вовсе не трудной для ребенка работы единственное, чем она может помочь матери. Но Рэйчел хотела сделать больше, намного больше.