На вид ей было чуть больше двадцати лет. Карие глаза, белокурые вьющиеся волосы до плеч. На трех фотографиях она лежала на кровати, застеленной белым покрывалом. Над ее головой на стене висела репродукция «Обнаженной» Дега. У девушки, одетой в короткое вечернее платье зеленого цвета на тонких бретельках, были длинные стройные ноги. Только на пальцах матово поблескивал нежно-розовый лак. Она опиралась локтем на подушки и улыбалась прямо в объектив. На четвертом снимке одна из бретелек спустилась, обнажив красивую полную грудь. Этот снимок немного отличался ракурсом, захватывая часть тумбочки, где лежали мужские часы. Точно такие же она подарила Джефу на тридцатилетие. На пятом снимке девушка лежала полностью обнаженной, изящно скрестив ноги и закинув руки за голову. Полные груди стояли торчком, влажные губы припухли, а глаза сияли, как у кошки, вдоволь наевшейся сливок. Откинутые назад волосы у корней были чуть темнее. Разомлевшая, голая, крашеная блондиночка.

Джо не имела понятия, кто эта девушка. Но одно было ясно с первого взгляда: последний снимок сделан сразу после страстного секса с тем, кто так творчески отснял эти кадры. Интимный фоторепортаж о любовном свидании. Она поняла, что увидела нечто, не предназначенное для посторонних глаз. Но как все это могло оказаться в пакете с их семейными фотографиями? Джо в панике прикидывала, могли ли ошибиться в фотолаборатории. Ей очень хотелось в это верить. Она решительно вернулась к прилавку выяснить правду.

– Не волнуйтесь, мисс, – промямлила продавщица, почему-то краснея. – Ваш муж мог дать другу отщелкать несколько кадров. Вы ведь не думаете, что это его любовница? В таком случае он не дал бы вам эту пленку. Всего хорошего, удачного дня, – решила завершить неприятный разговор продавщица.

Тут Джо вспомнила о пленке и дрожащими пальцами достала ее из пакета. Развернув, стала внимательно ее изучать. Кадры с девушкой вклинились точно между семейными снимками. В пакете лежала заполненная квитанция. Джо прикрыла глаза и, покачнувшись, схватилась рукой за прилавок.