Сирина зажмурилась, так сильно сжав веки, что перед глазами вспыхнули яркие искры… Лампы…, наверное, ее вчера задело в баре, а она не почувствовала, не обратила внимания. Вот и все. Простое, реальное, разумное объяснение.

Черт! Не то, чтобы она была против секса с таким мужчиной, как Майкл…да какая женщина могла быть против?

Слепая, разве что? Да и в этом случае, не факт. Его окружало такое поле силы, магнетизма, притяжения, что и незрячая ощутила бы это, испытывая возбуждение.

Он заинтересовал ее вчера. Настолько, что ее мозг, в очередной раз, сыграл столь злую и правдоподобную шутку.

И, пусть теперь, покой понемногу возвращался, вместе с ним пришло и сожаление. Она хотела бы, чтобы это было правдой. Но, не вот так, а в реальности. Чтобы каждое мгновение ее сна было. Яркой, жаркой, влажной и тягучей истиной, каждым движением и касанием врезающейся в тело и память.

О чем она думает? Не о том, о чем стоило бы. Определенно. Сирина улыбнулась, продолжая касаться синяка на шее.

Поддавшись необъяснимому и ничем не обоснованному порыву, кончики ее пальцев скользнули чуть выше, погружаясь в локоны, и она закрыла глаза, откидывая голову на стеклянную створку двери. Она желал, чтобы не ее пальцы скользили сейчас по натянутой коже, перебирая тяжелые пряди, почти зная… или вспоминая… его касание…

«Ты так забавна, моя милая. Так наивно притягательна в своих метаниях.

Тебя нравится наша игра, малыш. Я вижу, я ощущаю это. Пусть и приправленная слабым страхом.

О да, коснись своей кожи, пробеги по ней пальцами, чуть царапая ноготками. Погрузи их в тьму своих волос. Сделай это для меня… За меня…

Подари мне эту шалость.

Я хочу скользить за твоей рукой, языком повторяя твой путь … я хочу… но пока не могу остаться рядом.