Некоторые из них хороши, она это признавала. Он сбросил лишние двадцать фунтов веса, которые в нем были всегда, сколько Летти его помнила; он расстался со своей трубкой. Он выглядел здоровым и счастливым, его походка стала пружинистой. Что и говорить, здесь, на северо-западном побережье Тихого океана, он явно процветал.

Конечно же, многое в новой жизни отца радовало Летти, но не зашел ли он слишком далеко, заведя в его возрасте новую семью? Она все еще не могла поверить, что скоро у нее появится маленький братишка.

- Ну, поехали. - Морган эффектно открыл бутылку. - Прекрасный цвет, а, Джоэл? Летти, дай мне твой бокал.

Летти встала и протянула отцу бокал на высокой ножке. Морган его наполнил и опустил на лакированный столик в стиле арт-деко <Декоративный стиль 1920-1930 гг. на основе кубизма.>, стоявший перед диваном.

- Стефани, разумеется, не будет пить, - сказал Морган. - Она и в рот не возьмет алкоголя, пока не родится Мэтью-Кристофер. А вам налить, Джоэл?

Джоэл, который продолжал стоять у окна, глядя в темноту ночи, взглянул на бутылку вина:

- А не найдется ли на кухне пива? Морган улыбнулся:

- Конечно. У меня полный холодильник любимых напитков Чарли. Вы ведь знаете, он любил пиво, сваренное на Северо-Западе, и эль. - Он повысил голос:

- Стефани, дорогая, принеси, пожалуйста, Джоэлу бутылку этого замечательного эля, который мы в прошлом месяце купили на новом пивоваренном заводе на севере Сиэтла.

Стефани появилась в дверях почти тотчас же с бутылкой и стаканом.

- Пожалуйста, Джоэл.

- Спасибо. - Не взглянув на стакан, Джоэл взял бутылку. - За Чарли. Он сделал длинный глоток.

- За Чарли.

- За Чарли.

- За Чарли.

Летти отхлебнула совиньона и посмотрела на блюдо с овощами в центре лакированного столика. Большинство овощей она знала, но были и ей незнакомые, которые она видела впервые. Она обмакнула стручок гороха в соус.