— Да давай тут и посидим, — предложила она. — Чего таскать посуду взад-вперед? Лично мне и тут вполне удобно.

Лариса покладисто согласилась:

— Ну, кто бы спорил, а я не стану. Здесь, так здесь.

Щелкнула дистанционкой, включив маленький телевизор, подвешенный на кронштейнах к самому потолку. Передавали повтор концерта, посвященного Дню Победы. Лариса немного приглушила звук, и продолжила беседу.

— Так по какому поводу тортик? В честь окончания диеты, или как?

— Да брось ты, какие диеты? Ты ж знаешь, у меня без всяких диет конституция худая. Я, Лар, кажется работу нашла.

— Да ты что? — обрадовалась Лариса. — Наконец-то! Ну рассказывай же, не томи душу! Где, кем?

Гостья несколько стушевалась от этого вопроса, подобралась вся в ожидании удара, как будто не для того шла, чтобы обговорить этот вопрос с подругой.

— Мелкооптовая торговля канцтоварами, — ответила и сама притихла, словно бы извиняясь за такую работу.

Лариса крякнула, не сумев скрыть досады:

— Нда. Главное, как раз по твоему профилю.

Женя подавленно молчала. Ей и самой эта работа не слишком-то пришлась по душе, а что делать? Кто сказал, что работа непременно должна нравиться? То, что нравится — это хобби, за это денег не платят. А вот когда за деньги — это уже работа. И, выходит, она даже и не должна нравиться. Все вполне логично. Тогда почему же так неуютно на душе?

Лариса нарушила тягостное молчание:

— Ну и что ты будешь делать с этими канцтоварами?

Женя с укоризной посмотрела на подругу:

— Лар, не тормози, а? Раз мелкооптовая торговля, то что я, по-твоему, могу с ними делать? Торговать, естественно! Обзванивать разные организации, и предлагать наш товар по цене более приятной, чем в розничной торговле. Ну ежу ж понятно, ёлки!

— Нда, — еще раз крякнула Лариса. — С высшим гуманитарным образованием!