Звонок по внутренней связи. На проводе шеф.

— Доброе утро!!! — вопит он в трубку. — Запишите телефон и постарайтесь дозвониться!!!

Чем писать? Все ручки в столе, я чертыхаюсь про себя и судорожно пытаюсь удержать в памяти номер. Очередной бзик нашего начальника — стол после окончания рабочего дня должен оставаться стерильным. Поэтому все запихивают свои канцтовары, включая ручки, скрепки и точилки, вечером в стол, понося Штоссманна на чем свет стоит.

Из кабинета начальника появляется распаренный Боря. Уши у него такие красные, что у меня зарождается подозрение, что шеф стал грешить рукоприкладством. У Бори дрожат губы, но, закрывая дверь, он почтительно говорит:

— Да, господин Штоссманн. Конечно, господин Штоссманн.

«Утренняя баня» — вот как это называется. Я мысленно благодарю высшие силы за то, что опоздала, иначе под горячую руку начальника попалась бы я. Шеф нуждается в утренней разборке — это придает ему энергетический заряд на весь день. Любой из сотрудников, попавший с самого утра в его кабинет, подвергается издевкам, критике и абсолютно не имеет возможности изложить свой взгляд на тот или иной предмет разговора.

На переговорах он — душа компании и светский лев. Штоссманн ослепительно улыбается, говорит комплименты, долго трясет всем руки, заглядывая в глаза. Начальник немного говорит по-русски, но весь его скудный запас русских слов полностью используется в ситуации обольщения заказчика. Я заметила, что наши клиенты, как кролики, уже никуда не могут деться от пронзительных глаз и вкрадчивого голоса шефа. Он обволакивает, увещевает, шутит и обещает золотые горы. Я послушно перевожу его речи, замечая при этом, что сама начинаю говорить льстивым, мягким голоском, словно озвучиваю сказку про семерых козлят.

Особенно неотразим Штоссманн в разговоре с дамами. Они тают, называют за глаза милашкой и дают ему все, что ни попросит. Мужчины держатся дольше. Но они также весело смеются любому анекдоту, рассказанному Штоссманном, и даже если переговоры заходят в тупик и мы не можем прийти к согласию с клиентом, клиент потом долго сокрушается и вспоминает добрым словом нашу фирму и господина Штоссманна. Я считаю, что Штоссманн учился гипнозу. Другие сотрудники нашей фирмы разделяют мою точку зрения: «Если Штоссманн захочет, он добьется своего».