Нас было трое — два представителя фирмы «Интеримпекс» из Кельна и я. Встречала нас худенькая востроглазая девушка в высокой, похожей на полковничью папаху, шапке. В руках она держала листок с названием нашей фирмы и явно очень волновалась. Видимо, это ее первая официальная встреча гостей. По дороге из аэропорта в город выяснилось, что она закончила местный пединститут и очень неплохо говорит по-немецки, однако от робости не могла ответить ни на один самый простой вопрос наших иностранцев. Я немного позабавилась этой ситуацией, с ностальгией вспоминая свои первые встречи-проводы. А пока с удовольствием глядела в окно на проплывающий мимо город. Люблю я вечерние города! В них всегда все кажется таинственным и неожиданным. При этом я себя ощущаю героиней романа, которая мчится куда-то...

Примчались... Поселили нас в заводской гостинице с романтическим названием «Волна». Мартин Мюллер, неунывающий весельчак и балагур, потерял присущее ему чувство юмора, когда узнал, что его ожидает двухкоечный номер, который он разделит со своим коллегой Зигфридом Вайссом. При этом удобства располагаются в конце коридора. Меня поселили в узкой одноместной комнатке, называвшейся из-за наличия в ней удобств цивилизации люксом. В люксе было страшно холодно, и ночью мне пришлось накинуть поверх одеяла шубу. Утром за завтраком Зигфрид и Мартин с неподражаемым актерским искусством в духе Дж.К. Джерома рассказывали, что происходило с ними ночью — о том, что Зигфрид впервые услышал храп Мартина, о том, как Мартин блуждал ночью по коридору в поисках удобств, распугивая своей пижамой кавказских постояльцев.

Так или иначе, мы приехали сюда работать и нам пора было на завод. Нас уже ждали. Пока мы излагали свою точку зрения, российская сторона слушала нас чинно и с пониманием. Стоило нам задать конкретный вопрос, начиналось нечто невообразимое. Отвечать на вопрос вызывался один специалист и говорил примерно так: «Конечно, мы это сделаем».