Гневно дергаю головой, поднимаюсь с кресла и подбочениваясь смотрю на улыбающуюся физиономию Питера. В какое-то мгновение мне кажется, что он насмехается надо мной, но я прогоняю нелепую мысль и принимаюсь нехотя собирать осколки.

Не знаю, смогу ли я когда-нибудь проснуться утром и почувствовать, что совершенно исцелилась от былых страданий. Даже если рядом будет иной мужчина, даже если я переселюсь в другой город. Нет, Питер не пьяница, не наркоман, не гуляка и не лоботряс. Он довольно-таки умен, не страдает вредными привычками (если не считать вечного бардака на полках в его ванной и болезненной любви к «Янкиз») и умеет ухаживать за женщинами. Но у него есть один громадный недостаток, с которым, например, у меня смириться, увы, не получилось. Он разведенный. У него бывшая жена (которая, как мне теперь кажется, по гроб жизни будет настоящей) и пятилетний сын.

Скажете, что тут особенного? Ведь разведенный же, не женатый! Значит, вам никогда не доводилось строить отношения с человеком, чья судьба полностью зависит от семьи, которой формально уже нет.

Мы познакомились, когда Питер тяжело переживал свою трагедию. По его словам, я была послана ему Богом в качестве лучшего утешения. Поначалу меня эти его уверения окрыляли и придавали мне терпения. Но хватило его, к сожалению, ненадолго…

Может, у нас и получилось бы быть вместе. Если бы не бесконечные звонки, требования и ультиматумы его жены Бетси и если бы не сын Джонатан, который служил неизменным поводом для продолжения их отношений. Когда Бетси узнала про меня, она стала, как мне кажется, напоминать о себе вдвое чаще. Причем отнюдь не только по телефону. В итоге я не выдержала и порвала с Питером. Из-за этого по сей день сама не своя.

Выбрасываю осколки в мусорное ведро и замираю с фотографией в руке, раздумывая, не избавиться ли и от нее, чтобы скорее забыть о Питере. Нет, приходит на ум разумная мысль. Карточки ни в чем не виноваты. Пройдет время, и будет не больно, даже приятно взглянуть на них. Так или иначе — это моя история…