– Отстрелялся... Похоже, Коля, в этом деле все мы уже отстрелялись.

– То есть? – нахмурился Самойлов.

– Судя по всему, не наша тут епархия. Во всяком случае, без смежников не обойтись.

– Вещички?

– Они. Интересные такие вещички, я бы даже сказал – типа будьте нате!

– Ну уж! – капитан хмыкнул. – Что-нибудь по части ОБХСС?

– Бери выше.

– Неужели Конторы? Секретные документы, что ли?

– Зайдем, сам увидишь. Не сюда, в соседнее. Там и без нас тесно. – Поймав на себе неодобрительный взгляд капитана, Федор добавил: – Ладно, порядки знаем. Все запротоколировано и сфотографировано.

На откидном столике аккуратным рядком стояли многочисленные предметы, в их числе на треть опорожненная граненая бутылка виски с золотисто-бордовой этикеткой, длинная сигаретная пачка тех же тонов с латинскими буковками "Santos-Dumont", курительная трубка с чуть изогнутым черным мундштуком, два пустых стакана, два коричневых сигаретных окурка с чуть заметными пятнами розовой помады, обручальное кольцо, рыжий парик, плоский флакон с этикеткой "Lighter Fluid", финка с пластмассовой наборной ручкой, полпалки твердокопченой колбасы. Каждая вещь была упакована в полиэтиленовый пакет и снабжена биркой.

– И что? – поморщившись, спросил капитан. – Видал я все это хозяйство при первичном осмотре. Что ли, прикажешь из-за буржуйского виски Большой дом теребить? Бдительность демонстрировать? Они тебе быстро песню про коричневую пуговку напомнят. Сейчас, дорогой, не сталинское время, сейчас каждый, кто с понятием, подобное пойло хлебает невозбранно...

– Так ведь я, собственно, не это хочу показать. На полке, поверх застеленного одеяла стояла продолговатая дорожная сумка ярко-красного цвета. Федор наклонился над ней, двумя пальцами извлек еще один полиэтиленовый пакет с биркой и показал капитану. Самойлов присвистнул.

– Погоди свистеть, это, как говорили в старину, лишь первая перемена.

– Красавец! Такой и в руке подержать приятно. – Самойлов потянулся к пакету.