Она не была красивой в обычном смысле этого понятия, - черты лица были мелкие, неправильные: загнутый книзу носик, тонкие губы, мелкие, правда очень беленькие зубки, но зато какие густые шикарные прямые пепельные волосы, и эти блекло-голубые глаза! Никакого "возраста"! Никакого пьянства и в помине быть не может! А вообще-то, почему он так сразу поверил Елене? Она вполне могла соврать от злости и обиды?

У Касьяна сжалось сердце - неужели этой женщины нет на свете? Неужели у кого-то поднялась на неё рука? Даже если она - исчадие... Во-первых, по опыту, - такие женщины (маленькие улыбчивые шалуньи) не бывают исчадиями, но если даже так, то её прелестность затмевает, пожалуй, все недостатки.

Теперь Касьян понял полковника, понял, почему он так яростно защищал свою жену и почему столь же яростно нападала на Александру Елена, будучи, наверное, не старше ее!

Касьян вскочил, налил себе чаю, и заходил забегал по кухне, клялся, что пока жив - достанет правду! А какова она, правда-то? Говорят, третьего не дано, ан нет! Тут, пожалте, и третье есть.

Первое: убийца (ы) - любовник; второе: убийца - сам полковник, не сдержавший ревности и бешенства, подсматривающий, подслушивающий и, в итоге, свихнувшийся. А что, похоже...

Завтра же - снова к полковнику, и трясти из него душу по-настоящему!

Раздался резкий перезвон телефона.

Касьян нехотя снял трубку - наверняка, неугомонная Олик.

Но трубка задребезжала голосом полковника, задыхающимся и на сильно высокой ноте. - Это вы, Касьян? Ко мне был звонок. Требуют пятьсот тысяч! Чего? - По-глупому спросил Касьян, и в ответ полковник взорвался визгом. Долларов, конечно, не деревянных же! Они же наверняка знают, где я работаю и кем! Что мне прикажете делать? И сказано, чтобы милиции не было, иначе... Иначе, вы сами знаете, что они делают! Как быть?! Значит, Сашенька жива?.. Или нет? Что вы мне скажете?