Следователь и свидетель (?) молча начали кофепитие.

Но вскоре Касьян заставил себя прервать игру в молчанку - он ведь не кофий распивать сюда пришел! Уж как-нибудь нашел бы себе компанию поприятнее. - Простите, Юрий Федорович, но я вынужден задать вам несколько, возможно, бестактных вопросов... Что делать, если принцип следствия бестактность... Иначе ничего никогда не узнаешь.

Закончив это философское извинение, Касьян посчитал, что экивоков предостаточно, и спросил, - почему вы жили раздельно?.. помолчал и добавил, - в довольно жестком для вас режиме?..

У Юрия Федоровича опустились вмиг его толстые щеки, и он побледнел. Видите ли, все это очень сложно... Не знаю, поймете ли вы правильно. Многие, знаете, не понимали и обвиняли Кику... Но её нельзя обвинять. Она такая. Милая, очаровательная, но... очень самостоятельная, любящая одиночество...

Юрий Федорович впился взглядом в Касьяна, ожидая неясно чего, то ли насмешки, то ли непонимания в глазах, - но Касьян был стоек. - Я сам предложил Кике вот так разъехаться... Мы раньше жили в довольно-таки тесной квартирке, и мне хотелось доставить ей максимум удобств. Она это заслужила. ... Чем? Подумал Касьян, тем, что, по всей видимости, тебя, толстяка, еле выносила?..

А полковник предался воспоминаниям. - Кика была мне настоящим другом, товарищем, если так можно сказать о любимой женщине... - Тут он опять запнулся и опустил голову на грудь и только через минуту произнес, - мне тяжело обо всем этом говорить... Это только наше с ней, личное... И не думаю, что эти сведения вам хоть как-то помогут.

Касьян был другого мнения, но не высказал его: закрыли тему так закрыли. Хотя точки над "i" все равно он, Касьян, расставит. - Вы её любили?

Полковник с усилием кивнул. - А она вас? - резанул Касьян.

Федорович вдруг вспыхнул как маков цвет, до слез в глазах. - Она меня тоже любила! Хотя я понимаю, что вы этому не верите...