– Есть и еще кое-что, – добавил Джонс. – У вас довольно много денег на счету в банке. Восемь тысяч сбережений и две тысячи ценными бумагами – и это все остатки после того, как вы выложили наличными за новешенький «Додж Дарт», что стоит у вас в гараже.

– Уж не хотите ли вы сказать, что я нашла драгоценности, продала их, а теперь проживаю прибыль? А, мистер Джонс?

– Нет. Но такой куче денег может быть какое-нибудь объяснение.

– Объяснение частному детективу? Сомневаюсь.

– Тогда мы обратимся в местную полицию с просьбой о содействии, – принялся угрожать Мак-Кензи. – Рано или поздно наступит момент, и все в городе узнают, что вы за штучка и почему сбежали из Нью-Йорка. Именно это и произойдет, мисс Дорсетт. Вы не можете вечно бегать от нас. Мы выследили вас здесь, выследим и где-либо еще. А как же насчет ваших планов начать жизнь заново?

– Неужели ваша компания одобрила бы тактику запугивания, мистер Мак-Кензи? Я в это ни за что не поверю. Солидные организации с хорошей репутацией не ведут дела подобным образом.

Снаружи раздался гудок автомобиля. Недоумевая, Джерри прислушалась. Снова раздался гудок. Она, открыла парадную дверь и увидела у крыльца лимузин.

По ступенькам уже поднимался шофер.

– Мисс Дорсетт? – приложив пальцы к козырьку, спросил он. – Не могли бы вы переговорить с миссис Тейлор в машине? Ей кажется, она не осилит вашу лестницу.

– Миссис Тейлор?

– Это мать Китти, мисс Дорсетт. Детективы вышли в прихожую. Очевидно, пока они были одни, им удалось разработать какой-то план, так как оба улыбались с облегчением, что всегда делают мужчины, предвидя успех. Джонс бодро заговорил:

– Подумайте обо всем как следует, мисс Дорсетт, хорошо? А пока благодарим вас за то, что согласились побеседовать с нами.

Джерри не знала, должна ли она дрожать от страха или, наоборот, радоваться, когда они уселись в компактный седан и уехали прочь.