Удивительным образом драгоценный камень не потеряли по какой-нибудь случайности, каких бывает миллион, не продали в тяжелые времена бедности, революции и войн, и не изъяли при смене власти. Видимо, не догадывался никто, что в таких бедных руках может быть чистейший изумруд, стоящей немалые деньги. Так и передавали камень из поколения в поколение, от девицы той Даши к дочке купцовой Таисии, от Таисии к ее дочке Ксении, от Ксении к внучке ее Зое. Вообще-то Ксения, так и продолжавшая жить в том самом уездном городке, где и родилась, пережив войну и выучившись на машинистку, держала свой изумруд долго, никому его не показывая. Жила она трудно, подрабатывала там и сям, но меня, изумруд не продавала, возможно, не надеясь получить за него что-либо стоящее, а, возможно, мечтала о лучшей жизни для своих детей, которым и планировала передать свое наследное сокровище. Замуж она вышла так же тихо скромно, как и жила, выбрав в супруги работягу Степана, который в жене души не чаял, но показать этого не умел.

Когда ее собственная дочь Верочка, родившаяся довольно поздним ребенком, выросла, стало ясно, что жизнь ее не будет намного легче, чем у самой Ксении. Еле-еле окончив школу и втайне вынашивая план уехать из провинциального городка подальше, Верочка так и не смогла осуществить свою мечту, по неосторожности забеременев от одного из тех молодцов, которые обещали Верочке увезти ее в прекрасные далекие края, да дальше койки на квартире у друзей никуда с ней не доезжали. Ксения, узнав о беременности Верочки, огорчилась, так как средств у ее дочери на ребенка пока не предвиделось, да и в планы Верочки намерение растить ребенка не входило. Но, несмотря на это, сердце у Ксении было чистым и добрым, и поэтому от аборта она Верочку отговаривала, пообещав помочь и взять заботы о дитятке на себя. Муж Ксении, Степан, хоть и не одобрял поведении дочери и даже грозился поколотить ее, все же поперек мнения жены не решился встать и в итоге тихо смирился с ее позицией.