Дверь ей открыл широкоплечий верзила, больше похожий на телохранителя, чем на привратника. Он оставил Элли ждать на пороге и ушел в дом посмотреть, на месте ли босс. «А то ты не знаешь», — мысленно фыркнула она ему вслед, добавив несколько нелицеприятных эпитетов по этому поводу. Интересно, как это Гарри может не быть дома? В него всадили пару полновесных пуль, а это не самое подходящее состояние для заключения сделок или занятий благотворительностью.

Но она благоразумно прикусила язык и смиренно осталась ждать неизбежного.

Тип возвратился и сообщил, что хозяина нет. Элли не удивилась, потому что всякий раз, когда она пыталась увидеться с Диллардом, того не оказывалось дома.

Восемь лет назад, в один из летних дней, он привез ее на Шестнадцатую улицу и, остановившись около одного из домов, сказал, что это ее дом. Элли, пораженная, застыла на тротуаре, а мимо нескончаемой вереницей катили экипажи. «Так будет лучше всего, — сказал Диллард своим бархатным, вкрадчивым голосом, — не стоит держаться за отношения, которые зашли в тупик». И божился, что все это только ради ее счастья. До сих пор ей хотелось верить, что это так.

Хотя сейчас это вряд ли имело какое-то значение. Его нет. Смертельное ранение в живот. Уже три месяца, как он умер. А все эти нынешние хитроумные судебные разбирательства, ставшие возможными благодаря какому-то безвестному закону американской Фемиды, были всего лишь соблюдением формальностей для признания Гарри Дилларда виновным в мошенничестве, с тем чтобы власти смогли взыскать все нажитое им имущество в свою пользу.

Элли, однако, вынуждена была признать, что занятая им позиция действительно уберегла ее от многих неприятностей. По крайней мере она надеялась, что это так. Дом был ее собственностью, дарственная оформлена безупречно во всех отношениях. Был лишь один-единственный документ, который мог бы привести к Дилларду — покровителю уголовников и букмекеров на ипподроме в одном из самых опасных районов Нью-Йорка до того рокового дня, когда его застрелил взбешенный муж, с чьей женой он путался последнее время. Да, подумала Элли, в конечном счете он обеспечил ей такую безопасность, о которой можно было только мечтать. Как знать, может быть, Гарри Диллард и правда любил ее.