Тайлер Вуд помолчала, не отводя глаз от Зака.

— Американский репортер делает в Англии то же, что и американский актер… работает. Как вы полагаете, мне уже можно войти?

В ее голосе прозвучала насмешка. Конечно, Зак не мог все утро держать Тайлер в коридоре отеля, но его смущало, что репортер оказался эффектной молодой американкой, которая будет ходить за ним по пятам!

Когда Зак согласился дать интервью, то рассчитывал, что вместе с репортером будет развлекаться в Лондоне целую неделю. А потом они расстанутся, довольные друг другом.

Теперь же оказалось, что Тайлер Вуд — женщина, и о развлечениях нужно забыть… Зак глубоко вздохнул.

— Что ж, входите, — не очень любезно пригласил он.

Когда Тайлер проходила мимо него, он почувствовал едва уловимый аромат ее духов и отметил, что она не достает ему до подбородка.

Она повернулась, взглянула на него из-под своих неправдоподобно длинных темных ресниц и лукаво улыбнулась.

Зак почувствовал раздражение… потому что, хотя всегда и был в хороших отношениях с прессой, эти отношения строились на его условиях. И, конечно, никогда прежде его не влекло к репортеру. Как, черт возьми, он сможет целую неделю держать такую красивую женщину на расстоянии?

Она наклонила голову набок, внимательно глядя на него.

— Должна сказать, что считала вас приветливым и обаятельным.

Таким Зак и хотел выглядеть — в газетах. Но быть таким с Тайлер Вуд ему трудно с самого начала, а будет все труднее и труднее….

Он сделал неуклюжую попытку оправдаться:

— Сейчас девять утра, а лег я в четыре. Как же я могу быть приветливым и обаятельным?

— Простите, мистер Принс. Я не хотела обидеть вас.

Зак с подозрением посмотрел на нее, понимая, каким должен казаться ей. Вчера он был на свадебном приеме в честь Ника и Джинкс и, вероятно, выпил слишком много. Он и выполз-то из кровати всего за пять минут до прихода Тайлер, успел натянуть черные брюки и белую шелковую рубашку, в которых был на приеме, провел пятерней по взъерошенным длинным волосам. А вот побриться он не успел.