Жиль и Жанна были знакомы всего несколько дней. Вместе они изучали военную премудрость, готовясь к широкому наступлению на Орлеан. Как-то утром Дева Жанна неожиданно заявила:
– Мессир! Среди дам в окружении королевы Марии и королевы Иоланды я никогда не видела дамы де Рэ. Как случилось, что ее нет рядом с вами, особенно в этот час, когда вы в скором времени подвергнетесь смертельной опасности?
Жиль почувствовал себя неловко. Глаза Жанны просвечивали его насквозь.
– Моя супруга предпочитает жизнь в замке. Она… у нее мирный нрав, она не очень любит шумную светскую жизнь.
Жанна д'Арк медленно покачала головой.
– Она не любит противиться вашим желаниям, мессир Жиль, и предпочла бы жить подле вас, если бы вам было угодно выразить подобное желание. Негоже жить врозь тем, кого соединил сам Господь, помните об этом!
Эти строгие слова были произнесены спокойным и мягким тоном. Жиль опустил голову как напроказивший ребенок. В тот же вечер он покинул Шинон во главе отряда из нескольких всадников и помчался во весь опор в Шантосе. Его любимец, великолепный конь по кличке Щелкунчик, мчался как пущенная из лука стрела. Вскоре вдали показались башни замка. Жиль ворвался в комнату, где сидела Катрин, и упал к ее ногам.
– Перед битвой, любимая, мне захотелось повидать вас еще раз, – сказал он совершенно искренне, ибо власть Жанны над ним была столь велика, что он забыл, что явился сюда почти по ее приказу. Раз она пожелала этого, он не мог тоже не желать своего возвращения.