– Но мы никогда ее не добудем, – возразил Антонин.

– Даже если и не добудем! Я предпочту смерть от копья римского солдата, чем быть зарезанным тобой на потеху кучки испорченных бездельников… или, кивнул он в сторону испустившего наконец дух распятого гладиатора, испытать как он бездну страданий.

– Если нас схватят, мы все погибнем на кресте, – заметил Антонин.

– Тогда надо просто умереть раньше, чем нас опять поймают. У меня давно уже есть план, – сказал Спартак, обращаясь к Криксу. – Как ты думаешь, остальные нас поддержат?

Гигант галл кивнул.

– Почти уверен. Но сегодня вечером буду знать точно. Ночью приду к тебе с ответом, а ты поведаешь мне свой замысел.

Наутро, сразу после полудня Лентул Батиат, вызванный в город на встречу с важным клиентом, уехал в Капую, оставив школу под присмотром своего интенданта. Стояла предгрозовая душная жара, угнетающе действующая на тело и душу. Все в школе спали, начиная от наставников с их устрашающими кнутами и ножами и кончая солдатами внутренней охраны. Это-то время и выбрал Спартак для нападения. Гладиаторы тихо выбрались из своих камор, и пока самые крепкие из них истребляли охранников, остальные напали на солдат, захватили их оружие, перебив всех до одного. В считанные минуты в большом дворе валялось десятка три трупов, наваленных в кучу, как жертва к ногам распятого, которого так и не сняли с двери.

– Теперь, – крикнул Спартак, – надо взломать дверь склада с оружием, захватить его и открыть решетки…

– Куда мы пойдем? – спросил кто-то.

Вместо ответа Спартак простер руку в сторону Везувия, тяжелый силуэт которого вырисовывался на фоне синего неба.

– Туда! Там полно гротов и пещер, где мы и соберемся. Мы лучшие в мире солдаты, по пути мы будем созывать всех рабов, к нам присоединятся все, кого угнетает и мучает Рим. Вскоре нас будут многие тысячи.