Что с ним происходит? Боль исчезает, соскальзывает, сползает из его души, как одежда соскальзывала с прекрасного тела Корелии во время их свиданий. Бреннан ощутил внутри отвратительную пустоту, он словно потерял всякую чувствительность. Его душила эта пустота. На мгновение она испытал ужас от незнакомого ощущения, но и это чувство вскоре пропало, а его место заняло бесконечное ничто.

Он поднялся с пола, не обращая внимания на кровь, сочившуюся из многочисленных ран на руках, лице и теле, и сконцентрировался на своих ощущениях, чтобы понять, насколько далеко в его душе и мыслях распространилась пустота.

Он стоял несколько минут, а может часов и искал внутри себя хоть какой-то отголосок тоски по Корелии и их ребёнку или напоминание об ужасе, вызванном проклятием Посейдона.

Ничего! Он не чувствовал ни боли, ни страха. Бреннан не чувствовал ровным счетом ничего, за исключением бескрайней холодной пустыни, простиравшейся в его душе. В душе, которая всего мгновение назад разрывалась от чувств. Бреннан медленно подобрал упавший в грязь кинжал и направился к двери. Он должен вернуться в Атлантиду и понести наказание за свой поступок. Он понял, что нисколько не боится этого.

Похоже, опасения — тоже чувство. Он бесстрастно стал составлять список, что он потерял, хотя совершенно не чувствовал утраты. Похоже, ирония всё ещё при нём. Значит это не чувство, а интеллектуальная способность.

Вложив кинжал в ножны, Бреннан открыл плечом дверь и начал пробираться к выходу из таверны. Надо было срочно найти морскую воду, там будет портал. В таверне стало тихо, и даже самые отчаянные не смели окликнуть его, как будто заметили стыд и бесчестие на его лице. Но, конечно, это было невозможно, ведь Бреннан ничего этого не чувствовал, разве что представлял себе эти чувства, как что-то далёкое, потустороннее.

Значит в Атлантиду. Хотя куда проще прямо сейчас клинком проткнуть себе сердце. Но это слишком лёгкая смерть, он не заслуживает такой милости. По его вине погибла невинная душа и её ребёнок.