- Храни нас Господь. - И миссис Стоун закрыла глаза.

Тут Гарриет услышала стук каблучков на ступеньках парадной лестницы, в следующий миг дверь, плотно прикрытая виконтом, решительно отворилась - и в комнате появились Юфимия Померой и сестра Гарриет, Фелисити, с очаровательно растрепанной ветром прической.

Весь Аппер-Биддлтон и вся округа признавали, что Фелисити - настоящая красавица. И это не было преувеличением. Помимо того, что она была необыкновенно хороша, девушка от природы обладала чувством стиля и элегантностью, которые сразу выделяли ее среди других, несмотря на весьма стесненные финансовые обстоятельства сестер Померой.

В воздушном платье с воланами, в ярко-зеленую и белую полосочку, Фелисити являла собой само очарование. Длинная темно-зеленая мантилья и зеленая, украшенная плюмажем шляпка довершали наряд. У нее были светло-зеленые глаза и золотистые белокурые волосы, бесспорно унаследованные от матери. Вырез платья подчеркивал еще одно достоинство, также "завещанное" матерью - восхитительно округлую грудь.

Первой в холл вошла, снимая перчатки, Юфимия Померой Эшкомб. Она овдовела незадолго до смерти брата, преподобного Помероя, и вскоре очутилась в доме своих племянниц. Ей было без малого пятьдесят, в свое время она слыла общепризнанной красавицей. Но Гарриет считала, что тетя до сих пор очень привлекательна.

Тетушка Эффе сняла шляпку. Ее черные волосы посеребрила легкая седина. Глаза ее, как и у Гарриет, были ярко-бирюзового цвета - наследственная черта всех Помероев.

Тетушка Эффе со смутной тревогой посмотрела на распластавшуюся экономку:

- Господи! Неужели опять?

Вслед за тетей в холле появилась Фелисити. Закрыв за собой дверь, она бросила мимолетный взгляд на миссис Стоун:

- Бог ты мой, еще один припадок. Интересно, что же теперь послужило причиной? Надеюсь, что-нибудь посерьезнее, чем в прошлый раз, когда ее свалило всего лишь известие о том, что старшей дочери леди Баркер удалось неожиданно обзавестись мужем - богатым торговцем.