«А ведь они правы, можно напрокат взять, все равно ничего купить не успеваю. Но я же не начинающая шлюшка, а профессиональная русская актриса. Надо выбрать по высшему разряду», — Таня уверенно отыскала нужный телефон и через полчаса открыла дверь престижного салона.

Худой, с глазами изможденными кокаином и однополой любовью, весь в цветных наколках стилист, минут пятнадцать разглядывал ее. Тер свою крашеную в зеленый с оранжевым густую шевелюру, чесал в задумчивости крашеную в лиловое бородку «а-ля Троцкий», мычал, цокал языком, щелкал пальцами, крутил лилово-зеленые усы и наконец принялся активно ее преображать…

Ах, Голливуд! Здесь нет необходимости покупать платья от Армани… Здесь все можно на один вечер взять напрокат!

— И я в этом пойду на вечеринку? — ахнула Таня, поглядевшись в зеркало, — ведь там соберутся известные люди!

— Это Голливуд, мэм, здесь нет неизвестных людей, — отвечал стилист, — и я вообще не зря ем свой хлеб, у меня берут советы и Роки Валентин, и Сузи Ли, и Брэнда Кармен, я обещаю, вы будете на вечеринке лучше всех!

— Но мне не семнадцать лет, как вы вероятно заметили, — робко возразила Таня.

— И не девяносто, правда ведь?! Мадам, вы приехали откуда? Из Фриско? — усмехнулся стилист. — Вы не видали голливудских вечеринок, здесь и шестидесятилетние бабки заголяются смелее, чем тинэйджерки в Оклахоме. Это Голливуд!

И все-таки Таня не решилась. Слишком смело!

Заплатила крашеному двести долларов за консультацию, потом взяла такси, поехала в «Нина Риччи» и купила себе черное petit robe за тысячу долларов. В гардеробе каждой женщины должно быть черное платье с вырезом. Если есть бюст — вырез спереди, если бюста нет — сзади. Таня взяла платье с вырезом на груди. Долго думала — брать ли напрокат колье с бриллиантами, но посчитала слишком претенциозным и решила, что тонкой золотой цепочки с православным крестиком будет вполне достаточно.