Но эта девка была добра и глупа, никому не могла отказать, и мужчинам не составляло труда обвести ее вокруг пальца. С кем она только не спала, начиная от моего брага Роберта Глочестера, заканчивая последними конюхами. Видимо Клара была бесплодна, так как ни разу не обращалась за помощью к повитухам. Меня же хоть и раздражало ее распутство, но я научилась использовать его себе на корысть. У Клары был просто дар выспрашивать у любовников их секреты и все свои новости она непременно доносила мне. Поэтому я и держала эту распутницу при себе, даже несмотря на то, что Клара была хорошенькой — кудрявая брюнеточка с завлекательными для мужчин родинками на щеке и у рта. А ведь обычно я не держала в своем окружении красоток, дабы только дурнушки оттеняли мою красоту.

Вот именно Кларе я приказала, отправиться к комтурии тамплиеров, связаться с кем угодно, но раздобыть для меня сведения об Эдгаре Армстронге. Сама же я не собиралась сидеть и тосковать о нем и отправилась опробовать свою Молнию.

В Руане было полно гостей сехавшихся на празднества. Среди них только и разговоров было о турнире, какой король Генрих собирался провести в день Святого Иллариона. И хоть церковь всячески выступала против столь жестоких и кровавых зрелищ, но мой отец всегда умел ставить церковников на место, и турнир ожидался великолепный. Повсюду разъезжали герольды и ко двору в Руан съехалось немало рыцарей и баронов. Их палатки и шатры образовали целый городок вокруг ристалища, оборудованного за стенами города.

Когда я подъехала туда. меня сразу окружили молодые воины, выражая свое восхищение и стремление сразиться во славу моей красоты. Я даже позабыла о досаде, вызванной пренебрежением крестоносца-сакса. Но все испортил этот щенок Вермандуа. Увязался за мной, принялся болтать о своих отменных пластинчатых доспехах, о крепости своего коня, а под конец заявил, что если я не стану поласковее с ним, то он будет сражаться за Элионору Блуаскую. Ибо хоть сиськи у меня что надо, но я уже старая дева.