Оливия была уже готова облегченно вздохнуть, когда Натан, стиснув зубы, жестко произнес:

– Мы уходим.

Она шла рядом с ним, высоко подняв голову и устремив вперед взгляд голубых глаз. Боясь, что дрожащие губы могут выдать ее волнение, Оливия крепко сжала рот. Но в такси по дороге домой в Челси ее охватила такая дрожь, что Оливия никак не могла с ней справиться.

Натан молчал. Он был гордым и очень самоуверенным человеком. Твердым. Блестящим дилером и основным игроком на фондовой бирже. Его ум был острым, как алмазная грань. Никто и никогда не отчитывал его, не поднимал на смех, не называл дураком. И сегодняшний выпад оказался очень болезненным.

Хотя они сидели рядом, но напряжение, возникшее между ними, превращало небольшое пространство в безграничный космос. Ей до боли хотелось коснуться Натана, но она не решалась, боясь взрыва эмоций.

И почему только они не остались дома сегодня вечером? – терзалась она. Всему виной чуть не происшедшая первая в их жизни ссора. Спустя всего неделю после сказочного двухмесячного свадебного путешествия на Багамы Натан потребовал, чтобы Оливия подала заявление об уходе с работы. Он не понимал, почему она до сих пор этого не сделала. Оливия попыталась объяснить ему свое нежелание, изложила все доводы. Оба уже еле сдерживались. Но неожиданно Натан, улыбнувшись своей неотразимой улыбкой, разрядил обстановку, сказав:

– Забудь об этом. Давай сегодня вечером поужинаем в каком-нибудь особенном месте. А потом пойдем в клуб. Давай отметим важное событие: два месяца и неделя со дня нашей свадьбы. – Его серые глаза заискрились. Оливия знала, что этот взгляд предназначался только ей. Ей одной. Охваченная любовью к Натану, она поспешила переодеться. Ах, если бы она только знала, как закончится сегодняшний вечер!..

Такси уехало, и все стихло. На фоне черневших теней свет уличного фонаря казался особенно ярким. Натан открыл входную дверь, выключил сигнализацию и отошел в сторону, пропуская Оливию. Она прошла в гостиную. Его молчание и выражение лица не предвещали ничего хорошего.